"Самоубийца", реж. М. Милькис, Школа-студия МХАТ

Это четвертый спектакль курса Земцова и Золотовицкого, который я посмотрела в Школе-студии МХТ в течение года.
За это время убедилась в том, что студенты очень интересны и практически каждый обладает выраженной индивидуальностью. Понятно, что учебные спектакли призваны раскрыть актерский потенциал ребят с разных сторон. Так, к примеру, звезда (не побоюсь этого слова) пластического спектакля "Путешествие в Twin Peaks" Антон Лобан в "Самоубийце" играет роль тещи Подсекальникова, а в роли самого Подсекальникова оказался Дмитрий Сумин, запомнившийся по "Недомузыки" (хотя там он был не самым ярким). И сразу же скажу, что его герой - большая удача спектакля, через всю фантасмагорию условного послереволюционного мира актер несет свою тему - неприкаянности одинокой человеческой души, которая становится кому-то нужной лишь тогда, когда герой собрался покончить с собой.
Впрочем, на самом деле его одиночество далеко не полное: любящую, но совершено растерявшуюся в круговороте жизни жену Подсекальникова играет Елизавета Ермакова, трогательная и прелестная (без агрессивного макияжа, который в других постановках делает ее лицо более жестким).

По сюжету Подсекальников хочет научиться игре на трубе, чтобы зарабатывать деньги. Неожиданно именно это стало основой образной системы и стиля спектакля, который перенасыщен музыкой. Многочисленные, по-разному обыгранные музыкальные темы, игра со звуком, наряду с удачной сценографией, создают особую атмосферу: зимние сумерки, плохо освещенная коммуналка 20-х годов, ресторан с цыганщиной. Для меня большой зрительской радостью очень многое: и то, как Олег Отс лупил по клавишам пианино, как пели Лиза Ермакова и Даша Антонюк, и проезд-пробег "волшебной флейты", и танец Алены Митрошиной, и металлический звон, отсчитывающий последние часы жизни Подсекальникова (Лия Латыпова в роли таинственного Феди Питунина), и немецкая речь при "съемках фильма" (Николай Эрдман - немец по происхождению)...
Получился талантливый спектакль-фантазия, но поскольку молодой режиссер Михаил Милькис вышел за пределы материала пьесы Эрдмана, то к концу его, похоже, немного занесло. Последние минут пятнадцать смотрятся с трудом: теряется сюжетная нить (а игра с нелинейностью - дело сложное), нарушается темпоритм, действие начинает буксовать.
И тем не менее - спектакль остается в душе, в зрительной и слуховой памяти - визуальными и аудио образами. А роль Дмитрия Сумина, даже отдельно от всего остального, производит очень сильное впечатление - уже сложившийся актер, молодой герой.
Tags: